Озадачился я тут вопросом, как, собственно, взламываются личные почтовые ящики. Которые email, а не те, что вы подумали :) И нашёлся такой текстик, который очень рекомендую всем к прочтению:
http://www.moscow-faq.ru/articles/it/Internet/2007/November/1449
2009-07-07
2009-07-04
Велик и могуч
Велик русский язык! Невозможно ни на английском, ни на немецком передать такие оттенки отношения, такое многообразие чувств!
Гендиректор агрокомплекса общается с председателем правительства.
Гендиректор: ...Владимир Владимирович, пообедайте с нами, чем Бог послал... (Гоголя на них нет!) ...Дождик пошел, поэтому пока убрали только 8%... Но это мы еще убираем раннее - и колос полностью не налился....
Председатель: ГСМ поползло по цене? (Я всегда думал, что ГСМ — существительное множественного числа, но спорить, конечно, не берусь)
Гендиректор: Да, но у нас действует Ваше постановление. Сейчас чуть-чуть подняли до 15 рублей - 15 рублей 80 копеек, по-моему, а было 13 рублей. То есть это - хорошая поддержка... (Как удачно получилось, что именно тут постановление действует! А говорят про необязательность исполнения законов... Всё брешут, супостаты!)
Председатель: То есть это постановление сыграло роль? (Во, прикольно, не ожидал!..)
Гендиректор: Да, обязательно. Непременно сыграло. (Конечно, сыграло! Хотел бы я на него посмотреть, как бы оно у него не сыграло!)
Председатель: Помогло вам, да? (Ой, да не может быть!)
Гендиректор: Конечно. Раньше мы ощущали: как только уборка - цена пошла вверх. Пользуются тем, что горючее востребовано. И цены играли очень сильно. (Да точно вам говорю!)
Председатель: А в этом году удержали?
Гендиректор: В этом году просто прекрасно получилось. Спасибо за это.
(Председатель этого не сказал, но наверняка подумал: Ну, что уж вы так!.. Да ладно уж вам!.. Ну, не смущайте меня!..)
Председатель: А сколько получают? (Конкретный вопрос.)
Гендиректор: (Не скажу!) В зависимости от обмолота.
Комбайнер: (Ща ты у меня посчитаешь...) От обмолота у нас идет денежная зарплата и еще нам начисляют за определенные тонны - зерно мы получаем. За тот год получилось 24 тонны одного зерна.
Гендиректор: (Ну, это ты уж слишком. Он же сломается! Смилостивимся...) То есть это примерно 80 тысяч зарплата.
Комбайнер: (Ни за что!) Плюс зарплата основная.
Председатель: (Ну, парни! Я ж конкретно спросил!) Сколько? (Неужели трудно ответить?)
Комбайнер: (Слабак! Ну, ладно...) Если взять зерно по той цене, которая была, то примерно 160-180 тысяч. (Неплохо!) За период уборки. (А... А весной что?..)
Да, про зарплату лучше не надо. Считают они лучше, а результат получается не для СМИ. ...Разговор переходит на кредиты и лизинг.
Председатель: Агролизингом пользуетесь?
Гендиректор: В настоящее время мы рассчитались окончательно с агролизингом. И на сегодняшний день присматриваемся. Если уж кризис заставит... Нам выгоднее пока работать с кредитами.
Председатель: С учетом того, что мы сделали субсидирование 80%? (А нам — с лизингом!)
Гендиректор: Это хорошо. Но когда мы делаем полный расклад, где-то на 10-11% идет увеличение, если мы будем работать по лизингу.
Председатель: По лизингу получается дороже, чем через кредит? (Далась им эта математика!)
Гендиректор: Да. Там идет процентная ставка такая же, как в банке. Возмещение предусмотрено, нормально все. Потом там идут разовые взносы - 3% они берут, а потом еще 5% ежегодно на оставшуюся сумму - и вот это дает удорожание на 10%. Если я беру 100 млн, то, работая по лизингу, я на 11 млн переплачу.
Председатель: (Опять он за своё! Поздно мы ЕГЭ ввели. Теперь поди поспорь с ним...) Конечно, надо будет посчитать, посмотреть. Эти комбайны вы брали по лизингу, да? (Ну, хоть с комбайнов-то нам перепадёт что-нибудь?)
Гендиректор: Нет. (Облом!)
Председатель: (Ну, как же!?) Вторые, Вы сказали, — по лизингу, ростовские.
Гендиректор: (Не говорил я такого. Давай ещё раз.) Мы 10 комбайнов в прошлом году просто купили, без лизинга. Мы взяли по кредиту 10 пропускных комбайнов "Джон Дир", то есть тракторов, и всю навесную технику к ним. У нас, мы считаем, слабое звено с сельском хозяйстве - это машиностроение.
Председатель: (Эк, куда завернул! Машиностроение — это ж уже не по его части. Получается, мы что-то плохо координируем? Эй, пацаны!) Елена Борисовна, (обращаяясь к Е.Б.Скрынник, министру сельского хозяйства РФ) можно вас на минуточку? Вот руководитель хозяйства говорит, что по лизингу стало им дороже работать, чем через просто кредитную схему. (Побеседуйте-ка с ним!)
ЕБ: Да, я объясню. Вы брали лизинг, наверное, лет пять назад, да? Потому что сейчас срок лизинга 15 лет, удорожание 2% в год, аванс - 7%. Эти условия действуют всего лишь два года. А до этого, Владимир Владимирович, у нас было 7% удорожание, аванс - 15%, срок лизинга - 5 лет. (Во какая у нас математика на вашу математику!)
Гендиректор: Да, 5 лет и 5%. (Да ладно! Это ж как пять-ю-пять :))
ЕБ: (Не, так просто не отделаешься!) Да, это было. Вначале такие условия были, 5 лет назад. Потом нам удалось сделать 4%. На сегодняшний год у нас условия 2% в год и - на 15 лет.
Председатель: (Так его, так его!) Надо подумать, как выровнять, потому что если через кредиты населению будет выгоднее работать, то это будет уже совсем другой вопрос. (Это ж нам тогда ничего не достанется?)
ЕБ: (Да я пытаюсь, пытаюсь я! Стойкий попался, зараза!) На сегодняшний день нет кредитов на 15 лет. Потом удорожание, даже при субсидировании 100%, у вас 2% не будет никогда. Это тоже принципиально важно.
Гендиректор: (Ну, ладно, ребята, давайте жить дружно!) Плюсы есть. Плюс в том, что залоговая база не требуется.
ЕБ: (Во, вот это разговор!) И залогом является объект, при кредите. Тут срок лизинга - 15 лет, вам нужно это учесть. Это новые условия. И обратиться с просьбой, чтобы вам пересмотрели предыдущий договор лизинга, если вы по нему еще не расплатились. Потому что многим при обращении мы пересматриваем.
(Вы только обратитесь! Мы многим пересматриваем. Чётких правил нет, но договоримся. Загляните на недельке.)
Источник: здесь
Гендиректор агрокомплекса общается с председателем правительства.
Гендиректор: ...Владимир Владимирович, пообедайте с нами, чем Бог послал... (Гоголя на них нет!) ...Дождик пошел, поэтому пока убрали только 8%... Но это мы еще убираем раннее - и колос полностью не налился....
Председатель: ГСМ поползло по цене? (Я всегда думал, что ГСМ — существительное множественного числа, но спорить, конечно, не берусь)
Гендиректор: Да, но у нас действует Ваше постановление. Сейчас чуть-чуть подняли до 15 рублей - 15 рублей 80 копеек, по-моему, а было 13 рублей. То есть это - хорошая поддержка... (Как удачно получилось, что именно тут постановление действует! А говорят про необязательность исполнения законов... Всё брешут, супостаты!)
Председатель: То есть это постановление сыграло роль? (Во, прикольно, не ожидал!..)
Гендиректор: Да, обязательно. Непременно сыграло. (Конечно, сыграло! Хотел бы я на него посмотреть, как бы оно у него не сыграло!)
Председатель: Помогло вам, да? (Ой, да не может быть!)
Гендиректор: Конечно. Раньше мы ощущали: как только уборка - цена пошла вверх. Пользуются тем, что горючее востребовано. И цены играли очень сильно. (Да точно вам говорю!)
Председатель: А в этом году удержали?
Гендиректор: В этом году просто прекрасно получилось. Спасибо за это.
(Председатель этого не сказал, но наверняка подумал: Ну, что уж вы так!.. Да ладно уж вам!.. Ну, не смущайте меня!..)
Председатель: А сколько получают? (Конкретный вопрос.)
Гендиректор: (Не скажу!) В зависимости от обмолота.
Комбайнер: (Ща ты у меня посчитаешь...) От обмолота у нас идет денежная зарплата и еще нам начисляют за определенные тонны - зерно мы получаем. За тот год получилось 24 тонны одного зерна.
Гендиректор: (Ну, это ты уж слишком. Он же сломается! Смилостивимся...) То есть это примерно 80 тысяч зарплата.
Комбайнер: (Ни за что!) Плюс зарплата основная.
Председатель: (Ну, парни! Я ж конкретно спросил!) Сколько? (Неужели трудно ответить?)
Комбайнер: (Слабак! Ну, ладно...) Если взять зерно по той цене, которая была, то примерно 160-180 тысяч. (Неплохо!) За период уборки. (А... А весной что?..)
Да, про зарплату лучше не надо. Считают они лучше, а результат получается не для СМИ. ...Разговор переходит на кредиты и лизинг.
Председатель: Агролизингом пользуетесь?
Гендиректор: В настоящее время мы рассчитались окончательно с агролизингом. И на сегодняшний день присматриваемся. Если уж кризис заставит... Нам выгоднее пока работать с кредитами.
Председатель: С учетом того, что мы сделали субсидирование 80%? (А нам — с лизингом!)
Гендиректор: Это хорошо. Но когда мы делаем полный расклад, где-то на 10-11% идет увеличение, если мы будем работать по лизингу.
Председатель: По лизингу получается дороже, чем через кредит? (Далась им эта математика!)
Гендиректор: Да. Там идет процентная ставка такая же, как в банке. Возмещение предусмотрено, нормально все. Потом там идут разовые взносы - 3% они берут, а потом еще 5% ежегодно на оставшуюся сумму - и вот это дает удорожание на 10%. Если я беру 100 млн, то, работая по лизингу, я на 11 млн переплачу.
Председатель: (Опять он за своё! Поздно мы ЕГЭ ввели. Теперь поди поспорь с ним...) Конечно, надо будет посчитать, посмотреть. Эти комбайны вы брали по лизингу, да? (Ну, хоть с комбайнов-то нам перепадёт что-нибудь?)
Гендиректор: Нет. (Облом!)
Председатель: (Ну, как же!?) Вторые, Вы сказали, — по лизингу, ростовские.
Гендиректор: (Не говорил я такого. Давай ещё раз.) Мы 10 комбайнов в прошлом году просто купили, без лизинга. Мы взяли по кредиту 10 пропускных комбайнов "Джон Дир", то есть тракторов, и всю навесную технику к ним. У нас, мы считаем, слабое звено с сельском хозяйстве - это машиностроение.
Председатель: (Эк, куда завернул! Машиностроение — это ж уже не по его части. Получается, мы что-то плохо координируем? Эй, пацаны!) Елена Борисовна, (обращаяясь к Е.Б.Скрынник, министру сельского хозяйства РФ) можно вас на минуточку? Вот руководитель хозяйства говорит, что по лизингу стало им дороже работать, чем через просто кредитную схему. (Побеседуйте-ка с ним!)
ЕБ: Да, я объясню. Вы брали лизинг, наверное, лет пять назад, да? Потому что сейчас срок лизинга 15 лет, удорожание 2% в год, аванс - 7%. Эти условия действуют всего лишь два года. А до этого, Владимир Владимирович, у нас было 7% удорожание, аванс - 15%, срок лизинга - 5 лет. (Во какая у нас математика на вашу математику!)
Гендиректор: Да, 5 лет и 5%. (Да ладно! Это ж как пять-ю-пять :))
ЕБ: (Не, так просто не отделаешься!) Да, это было. Вначале такие условия были, 5 лет назад. Потом нам удалось сделать 4%. На сегодняшний год у нас условия 2% в год и - на 15 лет.
Председатель: (Так его, так его!) Надо подумать, как выровнять, потому что если через кредиты населению будет выгоднее работать, то это будет уже совсем другой вопрос. (Это ж нам тогда ничего не достанется?)
ЕБ: (Да я пытаюсь, пытаюсь я! Стойкий попался, зараза!) На сегодняшний день нет кредитов на 15 лет. Потом удорожание, даже при субсидировании 100%, у вас 2% не будет никогда. Это тоже принципиально важно.
Гендиректор: (Ну, ладно, ребята, давайте жить дружно!) Плюсы есть. Плюс в том, что залоговая база не требуется.
ЕБ: (Во, вот это разговор!) И залогом является объект, при кредите. Тут срок лизинга - 15 лет, вам нужно это учесть. Это новые условия. И обратиться с просьбой, чтобы вам пересмотрели предыдущий договор лизинга, если вы по нему еще не расплатились. Потому что многим при обращении мы пересматриваем.
(Вы только обратитесь! Мы многим пересматриваем. Чётких правил нет, но договоримся. Загляните на недельке.)
Источник: здесь
2009-07-03
Важно: перепост
Перепост: http://yasina.livejournal.com/346327.html
Сам прийти, к сожалению, не смогу, но поддерживаю всецело.
Сам прийти, к сожалению, не смогу, но поддерживаю всецело.
2009-06-02
А вместе можно? — Можно, но деньги вперёд.
На сайте http://www.rb.ru/ предлагают пройти тест на знание школьной географии. Комментарий к моим ответам звучал так:
Получается, что те, кто у нас проверяет географию, не могут без ошибок сообщить результат? :)
Update: А, ну да, они же честно предупредили: русским владеет 4% населения :)
Получается, что те, кто у нас проверяет географию, не могут без ошибок сообщить результат? :)
Update: А, ну да, они же честно предупредили: русским владеет 4% населения :)
2009-05-22
2009-05-16
День Победы
«Эскалаторный репертуар вообще давно дал крен в сторону патриотического воспитания, что, вперемешку с рекламой и просьбами не совать посторонние предметы в движущиеся части механизма, дает скрытый и малопатриотический эффект.
Я не против лирики, даже и патриотической. Но лирика на то и лирика, что настоятельно требует одиночества и подходящего момента, личного человеческого настроения... „Клен ты мой опавший“ и „Бьется в тесной печурке огонь“ нельзя вываливать на голову массам в час пик. Это нельзя слушать на эскалаторе, как нельзя на эскалаторе трахаться. Неловко, знаете ли. И тот, и другой процесс требуют приватности.
Кстати, вы заметили: между жанром и уровнем громкости наблюдается железная причинно-следственная связь! Вас когда-нибудь глушили из открытого окна проезжающего мимо автомобиля Сен-Сансом? Вот именно. А как Шуфутинский или какой-нибудь еще „кабак“, так непременно фортиссимо! Непременно — потому что уровнем культуры разом определяется и репертуар, и степень уважения к окружающим.
Слушающий Сен-Санса, как правило, учитывает присутствие рядом людей с иными вкусами — попса же хамовата по определению. А уж когда она в обнимку с властью, можно ожидать бездны такта. И вот тебе „МОСКВА! ЗВОНЯТ КОЛОКОЛА!..“ из каждой дырки.
Оставьте меня в покое.
Я люблю Москву без вашей указки, причем чем меньше в ней Газманова, тем больше люблю. Как и тысячи моих сограждан, я помню о павших, и не надо бить нас по голове пыльным мешком казенной пропаганды!
Но вот опять День Победы. Опять демонстрация мощи вместо демонстрации ума, опять репетиции парада и стоящая раком по этому поводу столица; опять фанфары и тонны пафоса на фоне нищенствующих стариков: пафоса, в котором зерна снова перемешаны с плевелами, защитники Родины — с палачами-энкавэдэшниками… Германия давно отмолила позор своих убийц — мы так и не извинились за Катынь. Мой дед воевал против нацизма и погиб на той войне, а Москва изрисована свастикой. Кто же победил?
„Война не окончена, пока не похоронен последний солдат“. Великая Отечественная не окончена, в отличие от симметричной немецкой войны. На берегах Рейна счета закрыты. Гитлер проклят раз и навсегда и не входит в шорт-лист акции „Имя Германии“; павшие немецкие солдаты похоронены поименно от Нормандии до Туниса.
Кости наших бойцов, павших всемеро против немецких (спасибо эффективному менеджеру), все еще лежат по нашим лесам. Еще один год вон — павших опять не посчитали. Снова, махнув рукой, щедро округлили черную цифру (плюс-минус 7 млн; Россия — щедрая душа).
К черту подробности: День Победы!
Все меньше тех, для кого этот день — их личный, человеческий, горький праздник. Все больше государственной попсы или пофигизма. Впрочем, почему „или“? — пафос и пофигизм неразлучны. Если вдуматься — это две стороны одной медали.
Долбящая из динамика песня, майское тепло, толпа тусующегося молодняка на бульваре… По пивку?»
Отсюда
Я не против лирики, даже и патриотической. Но лирика на то и лирика, что настоятельно требует одиночества и подходящего момента, личного человеческого настроения... „Клен ты мой опавший“ и „Бьется в тесной печурке огонь“ нельзя вываливать на голову массам в час пик. Это нельзя слушать на эскалаторе, как нельзя на эскалаторе трахаться. Неловко, знаете ли. И тот, и другой процесс требуют приватности.
Кстати, вы заметили: между жанром и уровнем громкости наблюдается железная причинно-следственная связь! Вас когда-нибудь глушили из открытого окна проезжающего мимо автомобиля Сен-Сансом? Вот именно. А как Шуфутинский или какой-нибудь еще „кабак“, так непременно фортиссимо! Непременно — потому что уровнем культуры разом определяется и репертуар, и степень уважения к окружающим.
Слушающий Сен-Санса, как правило, учитывает присутствие рядом людей с иными вкусами — попса же хамовата по определению. А уж когда она в обнимку с властью, можно ожидать бездны такта. И вот тебе „МОСКВА! ЗВОНЯТ КОЛОКОЛА!..“ из каждой дырки.
Оставьте меня в покое.
Я люблю Москву без вашей указки, причем чем меньше в ней Газманова, тем больше люблю. Как и тысячи моих сограждан, я помню о павших, и не надо бить нас по голове пыльным мешком казенной пропаганды!
Но вот опять День Победы. Опять демонстрация мощи вместо демонстрации ума, опять репетиции парада и стоящая раком по этому поводу столица; опять фанфары и тонны пафоса на фоне нищенствующих стариков: пафоса, в котором зерна снова перемешаны с плевелами, защитники Родины — с палачами-энкавэдэшниками… Германия давно отмолила позор своих убийц — мы так и не извинились за Катынь. Мой дед воевал против нацизма и погиб на той войне, а Москва изрисована свастикой. Кто же победил?
„Война не окончена, пока не похоронен последний солдат“. Великая Отечественная не окончена, в отличие от симметричной немецкой войны. На берегах Рейна счета закрыты. Гитлер проклят раз и навсегда и не входит в шорт-лист акции „Имя Германии“; павшие немецкие солдаты похоронены поименно от Нормандии до Туниса.
Кости наших бойцов, павших всемеро против немецких (спасибо эффективному менеджеру), все еще лежат по нашим лесам. Еще один год вон — павших опять не посчитали. Снова, махнув рукой, щедро округлили черную цифру (плюс-минус 7 млн; Россия — щедрая душа).
К черту подробности: День Победы!
Все меньше тех, для кого этот день — их личный, человеческий, горький праздник. Все больше государственной попсы или пофигизма. Впрочем, почему „или“? — пафос и пофигизм неразлучны. Если вдуматься — это две стороны одной медали.
Долбящая из динамика песня, майское тепло, толпа тусующегося молодняка на бульваре… По пивку?»
Отсюда
2009-04-19
Subscribe to:
Posts (Atom)